Декабрь
пнвтсрчтптсбвс
      01 02 03 04
05 06 07 08 09 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31  
Газета ветеранского и патриотического движения Башкортостана

Нам есть кого защищать! Отслужив на Украине, Эльмир Давлетшин учит новобранцев побеждать

Нам есть кого защищать! Отслужив на Украине, Эльмир Давлетшин учит новобранцев побеждать

Когда началась спецоперация на Украине, наш земляк отправился туда добровольцем. За несколько месяцев навидался такого, чего лучше бы не видеть никому и никогда. Сейчас он инструктор, занимается с мобилизованными бойцами в Казани, обучая их самому главному — побеждать умением, чтобы потом живыми-здоровыми вернуться домой. Пообщаться с корреспондентом «РБ» он вызвался сам.

Это не жажда мести

Родом Эльмир из города Межгорье, ему 32. Срочную службу проходил в Самаре в 23-й отдельной мотострелковой бригаде, в разведывательном батальоне.

— Фактически там и получил военное образование, даже не образование — выучку, которая в дальнейшем очень пригодилась, — говорит он.

Та наука оказалась для него жизненно важной, когда он оказался на залитой кровью, раздираемой страхом, слезами и ненавистью украинской земле.

— Что побудило пойти добровольцем? Услышал про зверства нацистов, как они измываются над нашими пленными — молодыми ребятами. Не могли не тронуть страдания мирных жителей, аллея Ангелов в Донбассе… Это даже не жажда мести, просто мне нужно было находиться там. Подумалось: горазды вы воевать со стариками и детьми, с безусыми 18-летними солдатиками, а вот попробуйте-ка с нами, с опытными и уже разозленными бойцами. Велика Земля, но слишком тесна, чтобы ужиться с такими нелюдями под одним небом, — без всякого пафоса, как о давно передуманном и пережитом рассказывает Эльмир.

Наш герой попал в полк специального назначения имени Ахмата Кадырова — знаменитый «Ахмат». Воевал в штурмовой группе, потом в разведке. Пробыл в зоне боевых действий два месяца.

— Нас разделили на взводы, — вспоминает он. — В каждом имелись боевые группы по десять человек. Вот вы спрашиваете про национальности. На войне среди своих национальностей нет, все братья, и точка. Помните, у Мустая Карима:

С башкиром русский — спутники в дороге,
Застольники — коль брага на столе,
Соратники — по воинской тревоге,
Навеки сомогильники — в земле.

Вот точно так было и у нас. Друг друга понимали с полуслова, с полувзгляда. Братские отношения между членами группы сохранились и потом, после командировки. А командиром был майор спецназа ГРУ в отставке. Он встал в строй по зову души и оказался самым опытным командиром в батальоне, даже во всем полку. Мог водить боевую группу с закрытыми глазами. Нас было десять бойцов, и все вернулись живыми — благодаря его опыту, его мудрости. Были моменты, когда начинаешь о себе думать как бы со стороны: ну все, конец, из такой передряги живым уже не выбраться. Ан нет, наш командир все равно находил единственно возможное решение. Вот что значит воинский талант — в экстремальных ситуациях он, можно сказать, гений. Теперь, когда сам стал инструктором, стараюсь передать мобилизованным все, чему научили меня.

До сих пор жжёт душу

Что касается службы бок о бок с чеченцами, как о воинах Эльмир отзывается о них с большим уважением. Неправильно говорить, что они ничего не боятся, но когда того требуют обстоятельства, они превосходно умеют преодолевать присущий каждому инстинкт самосохранения. Для горцев защищать свою семью, род и Родину — святое дело, долг каждого, кто считает себя мужчиной, этому там учатся с малых лет. Грустно, но порой кому-то из боевых товарищей приходилось возвращаться домой, потому что он остался единственным продолжателем рода — все его братья сложили головы…

Не перебиваю Эльмира вопросами. Просто внимательно слушаю, давая ему возможность излить наболевшее — все то, что до сих пор еще жжет душу.

— Вот вы спрашиваете, что страшнее всего. Когда кругом рвутся снаряды и воют мины — не скрою, да, страшно. Но этот страх перебороть можно, помогают если не гордость вместе с чувством долга, то элементарный инстинкт выживания. Потому что если поддашься панике — все, тебе хана. Выживает только тот, кто действует расчетливо и быстро. Но знаете, на войне есть вещи куда страшнее обстрела. Ближе к Северодонецку, уже подходя к промзоне, почти в каждом доме мы видели расстрелянных нацистами людей, часто из кучи трупов торчали детские ручонки. Такие тоненькие, беззащитные… Накатывал жгучий стыд, что не смогли уберечь, не подоспели. Вот это самое непереносимое, — признается он.

Судя по рассказам местных, продолжает боец, молодежь на Украине, помимо всего прочего, целенаправленно подсаживали на тяжелые наркотики. И чем занимались там все эти секретные лаборатории?

— Я ничего не утверждаю, но как объяснить тот факт, что рядом со штаб-квартирой европейских так называемых миротворцев действует лаборатория по выращиванию культур клеток, а в ней создаются боевые вирусы? Там недалеко находились гаражи, так они были просто завалены одеждой людей, в том числе и детскими вещами. Не хочу даже предполагать, что случилось с их владельцами… Но сам я только там в полной мере осознал, насколько верное решение принял наш президент, — рассказывает собеседник. — Спецоперация была просто необходима. И не только для защиты населения Донецка и Луганска. Промедли мы, прояви нерешительность — и вскоре пришлось бы столкнуться с врагом уже на нашей земле. В новейшей истории тому немало примеров — Югославия, Ирак, Ливия, Сирия. А в какой лютой ненависти к России воспитано целое поколение украинцев!

Эльмир утверждает: о своем решении пойти сражаться с укронацистами не пожалел ни разу. Даже когда находился в полушаге от смерти, а в такие ситуации он попадал не раз и не два.

Видя, как тяжело ему даются иные воспоминания, перевожу разговор на семью.

— Родителей просто поставил перед фактом: мол, завтра ухожу. Если бы сказал заранее, то мама, конечно же, стала бы отговаривать. А так им оставалось только дать свое благословение. Спасибо им, что приняли мое решение внешне спокойно. Было бы сложнее, если мама начала бы плакать, умолять, цепляться, ведь я просто не мог не уйти, — говорит боец.

Кстати сказать, недавно он обзавелся второй половинкой. Официальной свадьбы, правда, пока не было, но никах уже прочитан.

Не на словах, а по-настоящему

Спрашиваю, как проходит подготовка мобилизованных ребят в Казани, какие у них успехи.

— Учим всему, в том числе оказывать первую медицинскую помощь. Обучают этому опытные санинструкторы. Ребята учатся стрельбе, минированию, проходят курсы по инженерной подготовке. Нагрузка большая. Война меняется, становится более технологичной и динамичной, а многие мобилизованные служили уже давно. Сейчас применяются более совершенные средства обнаружения противника, наблюдения, оптические прицелы, тепловизоры. Даже средства маскировки совсем другие. Учим всему, что знаем сами, что помогает выживать и побеждать. Главная моя задача как инструктора — чтобы боец в совершенстве владел оружием и мог мгновенно его перезарядить. Там, в бою, все решают секунды. Немаловажна и психологическая составляющая: очень важно иметь трезвый, холодный рассудок. Кстати, могу успокоить родственников мобилизованных ребят — на данный момент все бытовые и учебные условия для них созданы, питание хорошее. Некоторые спрашивают, почему бойцы живут в палатках, а не в казармах. Потому что так они быстрее привыкнут к суровым фронтовым условиям.

В первую очередь Эльмир, как говорит сам, учит вчерашних гражданских работать слаженно.

— Боевая дружба тем и отличается от обычной, что здесь каждый в трудную минуту готов прикрыть товарища, пожертвовать собой. И каждый знает, что если с ним что-то случится, его не бросят, вытащат. Поэтому даже когда приболел, ты все равно рвешься на задание, потому что не можешь подвести друзей, переживаешь, вдруг кто-то другой будет защищать их спину и не справится. Думаю, после войны станет проще жить. Потому что меняется отношение к жизни: ты сразу видишь, где истинные ценности, а где ерунда, не стоящая внимания, хотя раньше мог из-за этого переживать, не спать ночами, — рассуждает он.

Эльмир не согласен с распространенным мнением, что человек на войне становится циником. Ни к смертям, ни к жестокости привыкнуть невозможно. Просто не показываешь своих эмоций, потому что четко знаешь, зачем ты тут. И да, вы правы, начинаешь верить в Бога. Впрочем, он и до войны не был атеистом.

— Вот вы за кого молитесь, что просите? — спрашивает меня, не ожидая, впрочем, ответа. — Наверное, как и все — чтобы близкие были живы-здоровы. Я тоже не был исключением. А сейчас, когда прошу у Всевышнего сохранить мне жизнь, не забываю добавить: если уж суждено погибнуть, то дай достойную смерть. Не забываю попросить у Всевышнего, чтобы оберегал моих друзей, жителей Донецка и, конечно же, чтобы настал мир. Нехорошо, неправильно, когда люди привыкают к войне.

Эльмир знает: в мечетях Башкирии провели обряд курбан-аши, прося у Всевышнего милости для солдат спецоперации, — и очень благодарен за это жителям республики. Дело даже не в самом религиозном действе — такие моменты дают ощущение единства и единения.

— Мы знаем и чувствуем: за нами народ и нам есть кого защищать, — говорит он. — Большое спасибо всем, кто помогает, отправляет необходимые вещи. Хочу поздравить всех в Башкортостане с наступающим праздником — Днем народного единства. Знаете, смысл этого праздника осознал только сейчас. Нормальный человек никогда, ни при каких обстоятельствах не встанет на путь национальной вражды. Даже когда башкиры с татарами начинают беззлобно подтрунивать друг над дружкой, я, конечно, понимаю, что это шутки родных меж собой людей, но все равно еле удерживаюсь от замечания. Только когда мы едины, мы непобедимы — побывав на Украине, я это точно знаю.

Автор: Аниса Янбаева

Опубликовано 9 ноября 2022 в рубрике Во имя защиты Отечества!
Подпишитесь на наш телеграм-канал: @boevaya_vysota

Подписка

Важные страницы

Все рубрики