Сентябрь
пн вт ср чт пт сб вс
        01 02 03
04 05 06 07 08 09 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30  
Газета ветеранского и патриотического движения Башкортостана

Ветеран-афганец с протезом ноги покорил Эльбрус!

Ветеран-афганец с протезом ноги покорил Эльбрус!

Средства массовой информации нашей республики уже успело облететь сенсационное сообщение: участник войны в Афганистане, инвалид третьей группы из Уфы Рафаэль Исхаков сделал, казалось бы, невозможное. 54-летний мужчина поднялся на высоту более пяти тысяч метров над уровнем моря с протезом ноги.Сюжеты об этом показали и региональные телеканалы. Покорять Эльбрус Рафаэль отправился в составе группы, которую сопровождали гиды и инструктор. Сам герой восхождения так рассказал о том, чего ему стоило покорение вершины.

– Рафаэль Саматович, как вы решили отправиться в это сложное путешествие?

– Я по натуре турист, мы с «афганцами» не раз организовывали сплавы: и летом, и весной по большой воде: Зилим, Инзер, Ай, Сакмара… На Иремель я несколько раз поднимался, но хотелось чего-то более сложного, экстремального. Чтобы по-настоящему испытать свои силы. Когда достигаешь чего-то большего – испытываешь особую, ни с чем не сравнимую радость. Это как побеждать. Снова и снова. Но всем нам необходима, прежде всего, победа над самим собой. Мы должны неустанно идти вперед, преодолевать себя. С 2000 года я стал ходить в многодневные лыжные туры, там встретился с ребятами-москвичами, которые участвовали в восхождении на Эльбрус. Так у меня в душе появилось желание покорить и эту вершину.

Два года я искал единомышленников, но не так-то легко найти готовых на авантюры людей. Я решил, что пойду один, а компанию встречу на месте. Так и произошло, когда я обратился в фирму, которая организовывает туры на Эльбрус.

Я знал, что восхождение будет сложным, поэтому заранее к нему готовился. Постоянно занимаюсь плаванием, летом – велосипед, зимой – лыжи. К этому прибавил скандинавскую ходьбу – ходил на склоне у Конгресс-холла. Дважды в неделю носил тяжелый рюкзак, ходил с ним по лестницам, чтобы тренировать мышцы. Занимался на велотренажере.

Большое спасибо всем, кто меня поддерживал, особенно супруге, большое спасибо! Она в моих походах не участвует, но относится к ним с пониманием. Ведь это вопрос не только физической подготовки, но и финансовой – удовольствие недешевое.

Так что я хорошо подготовился. Но это не значит, что потом было легко. Подъем был очень трудным. Идти с рюкзаком в горы непросто: тяжесть на плечах, на спине… Сначала была тропа, по ней более-менее можно идти, а потом начались каменные россыпи – курумники. На третий день вышли к леднику. На ботинки надеваешь «кошки» – зацепы, в руки берешь ледоруб и идешь дальше по уже по обледенелому склону в связке. Кто-то более физически подготовлен, кто-то менее, темп дыхания сбивается… Но меня дыхание не подвело – тренировки в бассейне помогли.

Семь дней мы шли до штурмового лагеря, потом началось восхождение на вершину. Но сначала нужно сделать акклиматизационный выход, чтобы организм адаптировался к нехватке кислорода. Это без рюкзака поднимаешься целый день, проводишь наверху час и спускаешься вниз. Если грамотно проводить акклиматизацию, восхождение проходит успешно. Но часто оказывается, что это по силам не всем.

Из двадцати четырех участников на вершину Эльбруса поднялось только семь человек. Первыми сошли с дистанции две молодые девушки и парень, им тяжело давалось восхождение. Четвертый человек получил отек легких, его быстро эвакуировали, и он попал в больницу. Когда вернулись, заехали к нему. К тому времени он уже поправился. Пятый сразу отказался идти на вершину – сказал, что ему достаточно экстрима, и остался в штурмовом лагере. А остальные тоже отсеялись по разным причинам.

Подъем на Эльбрус начинается всегда ночью, потому что максимум до тринадцати часов группа должна зайти на вершину. Потом отводится четыре часа на спуск, потому что после семнадцати часов погода не просто портится, а резко ухудшается, можно заблудиться и погибнуть. Вот и мы вышли в час ночи.

Был очень сильный порывистый ветер. Люди шли, пока могли. У кого-то начинали мерзнуть руки и ноги, у кого-то – сбиваться дыхание. Они отказывались от восхождения, инструкторы формировали небольшие группы и уводили их в штурмовой лагерь.

У меня тоже были мысли: а не пощадить ли самого себя? Вначале мне показалось, что ветер слишком сильный. Нам приходилось вставать в круг, обнимать друг друга за плечи и несколько минут ждать, пока ветер стихнет. А потом начался рассвет и открылось второе дыхание. Стало светлее, но ветер не успокаивался. И вдруг снег, который выпал накануне, превратился в манную крупу, он окутал нас, и мы оказались в густом молочном тумане. Голубое небо тогда мы так и не увидели.

В общем, это было настоящее испытание. Приключение, в котором невозможно всего предусмотреть. Когда мы шли наверх, остановились отдыхать около сломанного ратрака. За него можно было ненадолго спрятаться от страшного ветра, который бьет в лицо. У ратрака было разбито окошко, и я умудрился влезть через него в кабину, чтобы немного отдышаться, хотя в «кошках» и «снаряжении» сделать это было очень тяжело. Но я все-таки забрался и вдруг понял, что засыпаю. А спать категорически нельзя! Открыл глаза, смотрю – группы нету! Гиды, конечно, отслеживали количество участников, но группа ведь постоянно растягивалась, у каждого разный темп ходьбы. Мне повезло присоединиться к другой группе, с ней и догнал своих. Заблудиться на Эльбрусе очень легко. В одиночных путешествиях люди не раз погибали, поэтому лучше не рисковать.

Когда мы зашли на «косую полку» – место, где вдоль склона идет тропинка, одной женщине стало плохо, и для ее эвакуации вызвали горный трактор – ратрак. Тогда нам объявили: кто хочет, может тоже вернуться. Я подумал: может быть, согласиться? Не хочется идти в снежной каше. Но потом осадил себя: столько уже пройдено! Как же не дойти до самой вершины?

Мы шли долго, нудно, а последние метры оказались самыми тяжелыми. Силы потрачены, сказывается нехватка кислорода. А когда прошли «косую полку», оказалось, что нужно подниматься 300 метров под углом 45 градусов. Цепляешься «кошками», идешь, но это очень трудно, постоянно начинаешь задыхаться. Нас осталось не так много. Гид повел нас наверх, и через два часа мы вышли на вершину.

Конечно, мне все представлялось по-другому. Если бы увидел горную панораму, ощутил бы эйфорию, но небо было затянуто. У меня было опустошение: силы потрачены, сверлит мысль, хватит ли сил на спуск… Мы обнялись, попробовали крикнуть «Ура!», но крик заглушался воем ветра, мы друг друга еле слышали. А снежная каша так и летала вокруг нас.

Вниз мы шли уже на автомате, я бы сравнил нас с роботами или зомби. Мы еле переставляли ноги, падали. Доставали термосы, пили чай с шоколадом. Только когда дошли до «косой полки», погода улучшилась и мы смогли увидеть красивые горные виды. Но любоваться ими почти не осталось сил. Мне вниз спускаться тяжелее из-за протеза, поэтому я пришел последним. Выпил кружку чая – и отключился. Проспал до утра, и только тогда пришло осознание, что я совершил то, о чем мечтал три года.

Само восхождение на гору заняло около 17 часов. Невозможно описать словами, как это было тяжело. Погода испортилась – был сильный ветер, который поднимал снег, затем наступила пурга, метель. Видимость местами была 30 метров, а иногда и меньше.

– А ваши спутники знали, что вы идете на протезе?

– Сначала я не хотел говорить об этом, но на второй день многие заметили, что я прихрамываю. Вечером, когда развели костер и начали ближе знакомиться, говорить, почему пошли в горы, я тоже рассказал о себе. Я был старше многих (в основном там туристы до сорока лет), сообщил, что у меня проблемы с ногами, поэтому пеший туризм, тем более горный, был для меня закрытой темой. Но после лыжных походов я понял, что могу преодолевать длительные расстояния.

Один парень из моей палатки сразу заметил, что я на протезе, а второму я сказал только в конце дня. Остальные так об этом и не узнали. Да, проблемы с ногами, но ведь у каждого свои трудности: кто-то задыхается, у кого-то лишний вес, каждый преодолевал себя, как мог. Даже те, кто не дошел до вершины, остались довольны экстремальным походом, трудностями, которым себя подвергли. Разочарования ни у кого не было. Я говорил: «Вы помоложе, ваша вершина впереди. Вы еще вернетесь». А для себя я решил: раз приехал – должен дойти.

– Рафаэль Саматович, расскажите немного о службе в Афганистане.

– Родился я в семье военнослужащего и тоже решил пойти по стопам отца. В то время мы жили на Украине, и я поступил в Каменец-Подольское высшее военное инженерно-командное училище. После окончания меня распределили в Московский военный округ, а в 1984 году я убыл в Демократическую Республику Афганистан, командовал электротехническим взводом. При отсутствии инженерно-саперного взвода мы заменяли друг друга с товарищем, тоже лейтенантом. Служил в Кабуле – столице Афганистана, в отдельном батальоне обеспечения и охраны штаба армии. Но прослужил, к сожалению, недолго. При разминировании объекта подорвался на мине, получил тяжелое ранение, правую ногу спасти не удалось. В 22 года я стал инвалидом.

После этого я служил в военкомате Кировского района Уфы, а в 1986 году ушел на «гражданку». Работал на электроламповом заводе, в муниципалитете Орджоникидзевского района, а с 2007 года – в Министерстве сельского хозяйства, занимаюсь вопросами гражданской обороны и чрезвычайных ситуаций.

– Что помогло вам в юности справиться с этой бедой, не сломаться?

–Когда получаешь ранение, теряешь много крови. Сначала было тяжело физически, а моральное осознание пришло позже. Но рядом были такие же ребята с ранениями, все друг друга поддерживали. Знали, что нельзя сдаваться, надо учиться по новой жить. Ведь жизнь на этом не закончилась!

Меня поддерживали спорт и туризм. С 2000 года, когда подросли дети, я стал ходить в туристические походы по Башкирии. Потом присоединился к Всероссийскому обществу инвалидов. Появлялись друзья, которые чем-то занимались, и я, глядя на них, занимался тоже. Увлекался спелеологией – спускался в снаряжении в пещеры. Пробовал летать на мотодельтаплане, но это все-таки не мое. Каждый раз стараюсь придумать что-то новое.

– Какие вершины вы видите впереди?

– Боюсь давать обещания, потому что потом придется выполнять. Сейчас я взял паузу, но очень хочется съездить на Алтай, сплавится по бурной горной реке. Жизнь надо наполнять событиями, чтобы она была интересной.

Когда я оказался в госпитале, вместе с другими ребятами вспоминал о летчике Маресьеве – ведь все мы читали «Повесть о настоящем человеке». Он был примером для нас. Каждый помнил, что этот человек смог себя преодолеть.

Если мой пример тоже кого-то воодушевит, я буду очень рад. Хочу обратиться ко всем: жизнь интересна! Никогда не надо опускать руки, главное – найти свое увлечение. Я очень хочу найти единомышленников, поэтому, если кто-то тоже любит туризм и откликнется, я буду очень рад.

– Афганский синдром, конечно, есть, – считает Рафаэль Саматович. – И каждый выходит из него по-своему. Главное – не зациклиться на проблемах, а идти вперед!

И пример в этом Рафаэль Исхаков показывает всей своей жизнью!

Беседовала Светлана Беллендир.

Фото из личного архива Рафаэля Исхакова.

https://veteranrb.ru/sila-duha-invalid-vojny-v-afg...

Опубликовано 7 октября 2016 в рубрике Жизнь - подвиг

Подписка

Важные страницы

Все рубрики